Злобность

 

Злобность - врожденное свойство гончей, безошибочно указывающее на ее кровность, так как она совершенно несвойственна полудворняжкам, какими бы хорошими гонцами по зайцу они ни были. Злобность заставляет гончую предпочитать красного зверя зайцу, бросает ее на след опасного противника - волка, злобность же понуждает ее не отступать даже от следа медведя.

Частенько приходится слышать вопросы, особенно в провинции,- какая порода более злобна и лучше гоняет по волкам. В последнее время с легкой руки Челищева 1(1 Челищев.- Гончая, ее воспитание и охота с ней. - 4-е изд. Всекохотсоюза 1929 г.), утверждавшего, что русские гончие к моменту революции утратили одно из очень важных своих качеств - злобность (и безапелляционно отвечавшего на вопрос какая из современных пород гончих собак пригоднее всего для псовой охоты - только англо-русская), пошло мнение, что русская гончая по волку не гонит.

Это совершенно не подтвержденное никакими фактами, голословное заявление я оставляю на совести Челищева, но во имя справедливости хочу привести несколько интересных фактов.

Я не стану приводить здесь выписку о замечательной работе русской стаи Свечина, которая приведена уже в моей книжке «Породы гончих», тем более, что это относится к давно прошедшим временам, а Челищев, обвиняя русскую гончую, говорит о более близком к нам времени. Поэтому, я покажу здесь работу русских гончих в стае Мамонтова в предреволюционные годы, а затем приведу характеристику русских гончих, гоняющих по волку в настоящее время.

Вот что пишет В. С. Мамонтов2(2 «По поводу заметок А. Ф. Данилова, Д. С-ма и А. О. Эмке». - «Семья охотников», 1911 г., № 20.) о работе русских гончих, работавших в его стае наряду с англо-русскими (что само по себе чрезвычайно характерно, так как зачем же человеку держать у себя плохих гонцов по волку (русских), когда рядом работают хорошо англо-русские?).

...«Должен сказать, что и костромичи у нас работают не хуже. Костромской выжлец «Строчило», на глазах у всех борзятников, вывел прибылого волка и провел его чистым полем 2 версты. А сколько всего волков было сострунено из-под этого «Строчилы» и его детей, багряных «Помчилы» и «Забавляя».

Переходя к настоящему времени, позволю себе сослаться на «Гудка», Новохоперского т-ва, происходящего от хлебниковских гончих, который зарекомендовал себя как гонец мертвой злобы по волку, что не откажутся подтвердить товарищи из Новохоперска. Когда было послано приглашение от т-ва «Московский охотник» в Новохоперск доктору Корниловичу принять участие в предполагавшейся садке гончих по волку, то он привез среди потомков глебовских англо-русских собак и «Гудка», говоря, что этот последний всегда берет первым раненого волка по месту и отличается мертвой злобой.

Наконец, осенью 1930 г. в тульской англо-русской стае работали по волкам две русских багряных выжловки и вот что про одну из них написано 1(1 В. С. Мамонтов.- «Гоняют ли русские гончие по волкам». - «Собаководство», 1931 г., № 1.) «Гнездовик-материк был выставлен на линию стрелков всего двумя собаками, из коих одна была багряная русская первоосенница. Обе собаки вынесли зверя «на щипцах», подрывая его за гачи, причем шли так близко к материку, что не давали стрелку возможности дать выстрел. Только уже за линией стрелков в сосновых редочах волк настолько отделился от собак, что удалось выстрелить. Подраненный по угону в зад, волк осел и обе собаки одновременно вцепились ему в уши, но оправившийся зверь стряхнул собак и вывалившись в опушку, полями унес свою голову. Какое же может быть еще более яркое доказательство полноценной пригодности обеих пород гончих к охоте по волкам».

Едва ли вообще можно вполне определенно ответить на вопрос - какая порода более злобна и лучше гоняет по волкам. Мы знаем, что в старину были стаи арлекинов, прекрасно гонявших по волкам, между которыми была известная стая Дельвига, легшая потом в основание солово-пегой стаи першинской охоты, брудастые гончие Протасьевых, Губина, которые ставились как замечательные зверогоны.

Единственная порода, среди которой гонцы по волку большая редкость - это польско-русские, которые (по моим личным наблюдениям и по заметкам других охотников) действительно по красному, и даже по лисице, гнать не хотят, предпочитая зайчишек.

Но в любой породе гончих есть линии, которые по красному не гоняют, не имея наследственной злобности. Обычно же работа по красному является результатом толковой приездки стаи и притравки ее к волку.

По этому поводу мне вспоминается полемика на страницах «Семьи охотников», любопытная тем, насколько скороспелы и не продуманы подчас бывают заявления некоторых наших авторитетов, впадающих частенько в противоречия. Так, Эмке1(1 Несколько слов на заметку «Мысли и воспоминания охотников». - «Семья охотников», 1910 г., № 15) в своей заметке, разбирая в печати сообщенный Даниловым случай, когда его костромские гончие Кишенского не погнали волка, пишет: «Из своей практики я пришел к заключению, что как бы хороши ни были по своим полевым качествам борзые и гончие, молодежь необходимо притравливать».

Когда же Данилов на это возразил, что дело здесь не в притравливании, которым ничего не привьешь, а в крови, Эмке2(2 «Два слова на заметку. А. Ф. Данилова». - «Семья охотников», 1911 г., № 11.) в следующей своей заметке поторопился написать: «Но по справедливости сам считаю всю эту травлю для гончих. в которых еще течет благородная кровь, «чепухой» и совершенно солидарен в этом во взглядах с Д. С-м и А. Ф. Даниловым».

Я считай, что практика работы по волкам совершенно необходима и гончие, чтобы хорошо работать по ним, должны быть притравлены. Конечно, бывают случаи, когда отдельные экземпляры проявляют себя сразу же, как испытанные зверогоны, но это нельзя предъявлять как требование ко всем остальным. Я знаю, что одна и та же стая гончих, много лет назад поделенная между двумя владельцами, у одного из них, находясь в местах, где были волки, работала по ним; а другая, попав в местность, где их не было, естественно не могла работать по ним, почему собаки этой стаи и не сразу потом принимались гнать по волку. Однако после известной тренировки начинали работать и они, а отдельные экземпляры этих кровей и сейчас становятся одиночными (мертвыми к волку) гонцами. Я говорю о стае Алексеева и Морозова (из теперешних потомков их следует упомянуть «Гудка» Новохоперского т-ва и одного выжлеца Дмитриева).