Производственная компания Сонар
Охота без границ. Питерский Охотник. Сайт для всех любителей охоты и рыбалки

Вход

Верхнее меню

Теги

Охота нагоном

 

Наиболее добычливой охотой на рысь по снегу являются оклад и наганивание на замаскировавшихся на следах зверя стрелков. Поднятая с лежки в густом лесу, рысь почти всегда старается идти обратно своим следом и натыкается на охотника. Иногда на такой охоте удается обложить и убить двух, а то и трех рысей, возвращающихся с небольшими промежутками обратным следом. Поэтому, пока гон не кончился, после выстрела по рыси не следует сходить с места, а надо быть готовым к возможному подходу с той же стороны второго зверя.

Л. Ларский в альманахе «На охоте» устами старого егеря приводит такой характерный случай на рысьей охоте. «Нас было три загонщика и четыре стрелка. Выследили мы рысей, обошли кругом и установили: рыси здесь. Флажков мы не поставили: рысь их мало боится, она чаще ходит своим следом.

Гоним мы рысей на номера, и вдруг слышу я выстрел, через некоторое время - второй, затем - третий. Значит, удача; побили, думаю, рысей. Подбегаю на лыжах к крайнему номеру. Вижу - старый мой приятель Карпухин стоит, опустив свой дробовик, шапка на затылок сдвинута: растерялся человек, а отчего - непонятно. А Карпухин, надо сказать, охотник знаменитый. Спрашиваю:

- Это ты, Иван Сидорович, стрелял? В кого? Куда?

- Стрелять‑то стрелял, - говорит, - да толку что. Проклятая попалась рысь. Или ружье такое, или рысь такая. Крупный зверь - мать, должно быть, - прыг! Из‑за валежника, вон за ту осину. Я ее - хлоп! Упала за осину. Прошло минут пять, я ружье приготовил и сторожу. Да так и обомлел: та же рысь, что только что под моим выстрелом была, поднялась и снова пробирается за осину. Вот, думаю, живучий зверь. Я ее второй раз - хлоп! И она опять упала за ту же осину. Зарядил ружье, а этот проклятый зверь в третий раз вскочил. Вот история. Не иначе зловредная эта рысь отпугнула остальных двух, и те от моих выстрелов ушли.

Слушаю Карпухина и сам удивляюсь такому происшествию. Стрелок он меткий, промахов не знает. Тогда я скорей на лыжи да за осину, куда хаживал Карпухин. Шагах в двадцати, оказывается, не одна, а все три убитые рыси лежат. Что за чертовщина! Но тут же сообразил, что никакой чертовщины нет. Шли рыси одна за другой и после каждого выстрела падали за осину.